Актуальные темы
25 января 2010

18 лет за экономическое преступление, которого, возможно, не было

18 лет за экономическое преступление, которого, возможно, не было
Рассматривая контрабандное дело Олега Рощина, районный суд столицы не привлекал специалистов таможенной службы Фото Право.Ru

Решение, которое на прошлой неделе Перовский  районный суд г. Москвы вынес по делу предпринимателя весьма средней руки Олега Рощина, поражает. Ему дали 18 лет за экономическое преступление. В два с лишним раза больше, чем главным фигурантам по делу ЮКОСа М. Ходорковскому и П. Лебедеву за мошенничество и укрывательство налогов в 2005 году (они получили по 8 лет в колонии строгого режима). При этом есть большие сомнения в том, совершал ли Рощин преступление и если совершал, то какое именно. Складывается впечатление, что предпринимателя просто хотели засудить. И это очень контрастирует с озабоченностью, выражаемой в верхах, включая самого Президента, по поводу почти нулевого процента оправдательных приговоров в судах…

Первое впечатление, которое возникает после знакомства с обстоятельствами этого дела, — полная неразбериха. Предпринимателю предъявляли обвинения сначала по одной статье (188 УКБ контрабанда), затем по другой (174 УК, легализация). При  этом практически по каждому эпизоду  возникают вопросы, появляются неясности, которые следствие никак не урегулировало. Складывается ощущение, что оно вообще не обременяло себя поиском прямых и убедительных доказательств. Как ни странно, и суд этого не особо требовал.  

Главное обвинение: фирма Олега Рощина ввозила из-за рубежа не полимеры (как указано в таможенных декларациях), а  более дорогостоящий полистирол

Такова версия следствия. Якобы в таможенных декларациях Рощин писал просто "полимеры", а ввозил полистирол (подвид полимеров). Так как полимеры дешевле, то и таможенные платежи были меньше, чем с полистирола. В результате фирма Олега Рощина как будто недоплатила государству таможенных платежей на сумму 126 миллионов рублей!

Согласитесь, сумма весьма впечатляющая! И когда видишь ее, поначалу проникаешься праведным гневом: а ведь негодяй этот Олег Рощин, так ему и надо! Но когда начинаешь выяснять, как следствие получило такую сумму и чем подтверждается факт такого неслыханного обмана государства, то гнев сменяется совсем другим чувством.

Обвинение на 126 миллионов следствие строит на 3 задержанных грузовиках. Но ни их принадлежность фирме Олега, ни то, что в емкостях был полистирол, ничем не подтверждены

Выводы о многолетнем занижении таможенной стоимости продукции, ввозимой на территорию РФ, следствие строит всего на одном факте: были задержаны 3 грузовика, в бочках которых было вещество, ввезенное из-за границы. Это вещество якобы и есть тот самый полистирол, который Рощин выдавал за более дешевые полимеры.

Сразу возникает вопрос: как следствие идентифицировало эти грузовики и установило, что они связаны с фирмой Рощина и везли груз именно ему. Как выяснилось, никак. Эти грузовики не состоят на балансе фирмы Олега Рощина, а принадлежат некой транспортной компании, специализирующейся на  грузоперевозках. Тогда, может быть, следователи по документам или через транспортную компанию выяснили, что груз доставляется именно фирме обвиняемого? Нет, и это предположение излишне. У водителей не оказалось документов на груз, и следователи не стали ничего выяснять.

Но почему тогда они в принципе решили, что груз доставляется Рощину? Оказывается, с помощью незамысловатой логики: потому что в цистернах этих грузовиков полистирол. Не правда ли, убийственно! Как будто только Рощин во всей России завозит эту разновидность полимеров. И снова резонным кажется вопрос: хотя бы то, что в грузовиках был полистирол, чем-то подтверждено? Снова нет! Физико-химическая экспертиза не проводилась, и документов в деле нет.

Как говорится, куда не ткни, везде рыхло. Даже  по этому эпизоду с тремя несчастными грузовиками нельзя ничего сказать определенно, не говоря уж о 126 миллионах! На самом деле не известно, кому принадлежат грузовики, куда они ехали с грузом, что это за груз был. Все обвинение построено на умозаключениях и  догадках следствия и документально не подтверждается. Получается, судье Перовского районного суда г. Москвы Олесе Турлановой этих логических умозаключений с сомнительными посылами (исходными данными) хватило, чтобы увидеть в Рощине злостного преступника.

Кстати, и в том, что в цистернах был именно полистирол, следователь, а затем и судья разобрались самостоятельно.  Даже в качестве свидетеля ни одного из работников таможенного комитета на судебное заседание не пригласили (раз уж нет данных экспертизы). Зато категорично не приняли во внимание справку, подписанную начальником склада временного хранения (где ввозимые из-за рубежа  товары находятся на хранении под таможенным режимом). В справке говорится: никаких нарушений и тем более признаков контрабанды в действиях фирмы Олега Рощина нет. Иначе говоря, начальник склада констатировал, что несоответствия товаров, реально ввозимых в Россию, и указанных в декларациях, нет.

126 миллионов насчитали по таможенным декларациям, не имеющим отношения к фирме Олега Рощина

Это и вовсе шокирующая сторона дела. Начнем с того, что фирма Олега Рощина начала заниматься внешне-экономической деятельностью (ВЭДом) лишь с июля 2007 года. Это отражено и в уставе фирмы, это можно проверить и по копиям таможенных деклараций, сдаваемых в банк. Они стали поступать туда именно в это время. Раньше фирма закупала необходимую продукцию на территории РФ.

Несмотря на это, следствие утверждает, что контрабандную деятельность Олег Рощин вел с 2005 по 2007 годы. И в доказательство этого представило в суд 526 таможенных деклараций. Спрашивается, откуда же они тогда взялись? Что это за декларации?

Упоминаемые выше 3 грузовика с полистиролом, якобы маскируемым Олегом Рощиным под полимеры, были задержаны 12 декабря 2007 года. Значит, можно предположить: следователи изъяли в фирме Олега Рощина реальные  таможенные декларации, которые возникли в период с июля по декабрь 2007 года (когда фирма действительно занималась ВЭДом). Но разве их могло накопиться так много?!

Как утверждает жена Олега Рощина Юлия, таможенные декларации за период с июля по декабрь 2007 года действительно были изъяты, но ни одна из них не была присовокуплена к материалам дела. Следователи поступили иначе: запросили на всех таможенных постах России все имеющиеся декларации на ввоз полимеров. Их и оказалось 526. Заметьте: это декларации, которые заполняли самые разные фирмы России, ввозившие полимеры из-за границы. Какое отношение они имеют к Рощину?

Перовский суд г.Москвы, вероятно, не задавался этим вопросом, а снова поверил следствию на слово. Оно утверждало, будто это декларации фирм, которые входили в преступную группу, организованную обвиняемым, с целью незаконного ввоза полистирола. Опять же: чем подтверждается, что фирмы были связаны с Олегом Рощиным и что он ими умело дирижировал, как огромной контрабандной сетью? Ответ снова до безобразия обескураживающий: ничем. Так считает следствие и все тут. Никаких документов (предположим, поддельных уставов, печатей левых или фиктивных организаций) суду не представлено. Но судья снова верит! 

И это несмотря на то, что в многочисленных таможенных декларациях, не принадлежащих фирме Олега Рощина, фигурирует не только полистирол (в незаконном ввозе которого собственно и обвиняется предприниматель), но и разные виды полимеров — каучук,  стабилизаторы и прочие химические продукты…Почему же суд не обратил внимания на это?

СКЦ ГУВД  Москвы, проверив компьютер фирмы Рощина, не нашел признаков преступления, а 11 месяцев спустя обычный следователь нашел-таки

Компьютер из фирмы Олега Рощина был изъят и передан на экспертизу в СКЦ ГУВД Москвы. Заключение экспертизы оказалось вполне ожидаемым для жены предпринимателя Юлии и адвоката из Московской лиги защиты Хичана Давида Суреновича: признаков преступной деятельности в рамках ВЭД не обнаружено.

Однако спустя почти год обычный следователь по оперативной работе снова открыл компьютер и (о неожиданность!) обнаружил там свидетельства преступной деятельности — два пара-приватных ключа неких фирм, которые якобы входили в группировку Олега Рощина и в компании с ним обманывали государство.

Остается загадкой: как эти приват-ключи не могли обнаружить во вполне профессиональном СКЦ ГУВД Москвы, но выявил простой оперуполномоченный, не имеющий специальной технической подготовки?! Но и это не смутило Перовский районный суд г. Москвы. Он принимает во внимание пара-приватные ключи и учитывает их при вынесении решения.

Многое проясняет то, что говорил следователь жене предпринимателя. Не на высоте был и адвокат

Посетив следственную часть следственного управления ВАО г.Москвы, Юлия Рощина не просто не нашла сочувствия, но и оторопела от цинизма того, что говорили следователь Виктор Захмылов (он вел дело) и его начальник. Захмылов открыто признал, что он марионетка и ничего не решает, а выполняет поручение УБЭП при ГУВД Москвы. 12-ый отдел этого УБЭПа действительно поначалу занимался делом Олега Рощина, но  какое поручение следователю может давать УБЭП? Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Следователь, к тому же, добавил, что у него есть план по раскрываемости преступлений. И это просто неприкрытый цинизм!

У жены Олега Рощина есть запись разговора со следователем, и мы при возможности позднее выложим запись для вас.

А начальник следственного управления, услышав недоуменные возгласы Юлии, и вовсе пригрозил ей -  сказал, что посадит на 15 суток…

Адвокат вел себя очень разочаровывающе. Он постоянно успокаивал жену предпринимателя, просил ее не вмешиваться, не писать никаких бумаг в прокуратуру. Да и сам на суде выступал очень несмело… Cейчас Юлия Рощина решила сменить адвоката и обжаловать приговор в Мосгорсуде.

План раскрываемости заставляет следователей заниматься приписками и фальсифицировать дела?

Иногда, слушая разговоры о новом демократическом государстве и справедливом, беспристрастном расследовании дел, всестороннем изучении дела судом, невольно забываешь о том, что бывают планы раскрываемости преступлений. Кажется, они ушли в прошлое, остались лишь в фильмах, обличающих недобросовестных следователей, навешивающих на убийцу еще несколько других нераскрытых убийств. 

Но вот он пример, доказывающий обратное. На Олега Рощина навесили все полимеры, ввозимые в Россию, превратив его, обычного предпринимателя, в олигарха, обманувшего государство на 126 миллионов. Поражает, насколько грубо это все сделано. Никаких доказательств! Три грузовика, перевозивших  непонятно что и непонятно кому, бездоказательно приписали Рощину и раздули до126 миллионов рублей. Фигурально выражаясь, на одного человека навесили всех собак — все нарушения и преступления, связанные с ВЭД и совершенные всеми импортерами-экспортерами. Ведь вина предпринимателя прямо и полностью не доказана!

Хорошо, у следователя, план. А что у суда? Почему он поверил во все эти домыслы следователя и в эту гигантскую сумму, сложенную следователем в столбик (выписывал сумму из каждой из 526 таможенных деклараций, не имеющих отношения к Рощину, и складывал)? 

Стилистикой судов общей юрисдикции становятся поспешные приговоры без достаточных прямых и убедительных доказательств

В случае с Рощиным складывается ощущение, будто суд был одержим желанием во что бы то ни стало усадить предпринимателя за решетку. Доказательств вины нет, срок большой. Напрашивается вывод: это кому-то надо.

Но суд ведь должен беспристрастно разбираться в обстоятельствах и устанавливать справедливость, а не выступать в роли карательного органа. Суд должен убедиться, есть ли вина, а если есть, то в какой степени. 

Показателен и пример, о котором мы рассказывали ранее, — суд над боксером Романом Романчуком во Фрунзенском районном суде г. Владивостока. Он тоже был скорым и формальным (полный текст статьи читайте здесь).

Боксера,  к которому стал приставать местный криминальный авторитет, посчитали убийцей (прозвучал выстрел, и криминальный авторитет оказался на полу с  пулей в сердце). Несмотря на то, что все свидетели в один голос заявляли: боксер не брал в руки пистолет, скорее всего, зачинщик ссоры сам выстрелил в себя, когда Роман Романчук пытался его остановить, обхватив сзади. Перед этим, кстати, криминальный авторитет успел один раз выстрелить в Романчука, но промахнулся. Более того, на пистолете так и не удалось обнаружить отпечатки пальцев боксера. 

Но районный суд после первого рассмотрения дела все равно признал Романа виновным  и вынес приговор. Только после того, как вышестоящий суд  вернул дело на новое рассмотрение, Фрунзенский районный суд  г. Владивостока стал, наконец, задумываться о том, есть ли прямые и однозначные доказательства того, что боксер убил человека. До этого райсуд, видимо, полагал, что  может выносить решение и не имея таковых, опираясь лишь на логические умозаключения  и предположения. 

Суды общей юрисдикции предоставлены сами себе. Вышестоящие инстанции не направляют и не подправляют их

Понятно, что каждое дело суд рассматривает индивидуально, исследует обстоятельства от начала и до конца, а не руководствуется какими-то общими установками. И тем не менее, подходы к аналогичным делам (конечно, с учетом их индивидуальности) могут быть едиными. 

Хорошим примером может служить работа вертикали арбитражных судов. Высший арбитражный суд РФ определяет правоприменительную практику по принципиальным вопросам и добивается от судов единообразия в толковании тех или иных норм законов, в подходах к рассмотрению дел. Более того, если ВАС  меняет свою позицию по каким-либо вопросам, то дела, рассмотренные ранее, могут быть пересмотрены. ВАС РФ и его нижестоящие инстанции демонстрируют гибкость, адекватность меняющимся реалиям и открытость в своей работе.

Но этого не скажешь, к сожалению, про суды общей юрисдикции, хотя единство подходов здесь было бы очень кстати: речь идет обычно о судьбах людей. Если Верховный суд России и выпускает какие-либо разъяснительные постановления, то совсем не требует их исполнения. Поэтому суды (от первой инстанции и выше) легко игнорируют их. Как впрочем, и призывы Президента РФ, и даже  новые законы.

Мы писали про содержание под стражей (во время следствия) депутата Мособлдумы Василия  Дупака — пожилого человека, находящегося на грани жизни из-за чрезмерно высокого давления (240/120). Он обвиняется в преступлениях экономического состава (одно из них о неуплате налогов). Полный текст статьи вы можете прочитать здесь.

По тем аспектам, которые положены в основу обвинений, впрочем, уже были разбирательства  в судах другой юрисдикции — арбитражных.  И там все обвинения, выдвинутые против депутата (включая, неуплату налогов), были признаны несостоятельными. Несмотря на это, Василия Дупака все равно удерживают под арестом. И суды не реагируют на слова Президента РФ, постановления Верховного суда  РФ с призывами применять меру пресечения "заключение под стражу" лишь  к действительно опасным преступникам, которых необходимо изолировать от общества. А с 1 января 2009 года вступил в силу закон, прямо предписывающий не арестовывать тех, кто впервые обвиняется в неуплате налогов. Об этом законе вы можете прочитать здесь.

Но судам общей юрисдикции все нипочем. Можайский городской суд накануне Нового года вынес решение о продлении (в третий раз!) срока содержания В. Дупака под стражей, а уже после новогодних каникул 12 января 2010 года (когда новый закон о неарестах уже действовал) Мособлсуд оставил это решение в силе, несмотря на все очевидные обстоятельства против этого. Получается, что вышестоящая инстанция не в состоянии поправить нижестоящую, хотя, по идее, должна это сделать, следуя наказам Президента, Верховного суда РФ, а самое главное — требованиям законодательства.

Дело не только в уровне подготовки следователей и отношении судей к мотивированию решений!

Сейчас много говорят о том, что уровень подготовки следователей оставляет желать лучшего и что именно поэтому так много проблем и нарушений в расследовании дел. Потому, дескать, и задумывают реформировать СКП (текст на эту тему читайте, например, здесь).

Председатель Мосгорсуда О. Егорова подчеркивала однажды (подробную информацию вы найдете здесь), что судьи недобросовестно пишут  решения, указывают статьи закона, но не обозначают точно, как они эти статьи применили, не прописывают собственно мотивы решения. Из-за этого, дескать, возникают подозрения в коррупции.

Все это, наверное, правда. Нужно лучше готовить следователей и дисциплинировать судей, чтобы их не подозревали в коррупции. Но разве надо быть семи пядей во лбу, чтобы разобраться, где декларации, заполненные фирмой "Третий Рим", а где — множество других, и отстранить лишние от дела? Нужно ли обладать эпистолярным мастерством судье, чтобы, вынося решение, подумать, насколько оно мотивировано? Может быть, дело в другом. Следователь полунечаянно-полунамеренно не заметил разницы в декларациях, вслед за ним также поступил и суд… Затем прокурор В.В. Хомутовский быстро запросил наказание в виде лишения свободы на 22 года с отбыванием в колонии строгого режима, а суд, убавив этот срок на четыре года, вынес решение…

Кому стало легче от того, что 34-летний предприниматель Олег Рощин проведет в тюрьме 18 лет (при таком сроке надежд на условно-досрочное освобождение мало) и вернется 52-летним пожилым человеком? Будут ли его дети (а их — трое!), когда вырастут, доверять судебной системе? 

Почему именно Рощин?

Как рассказала жена предпринимателя Юлия, скорее всего, вся эта следственно-судейская компания против ее мужа инициирована его бывшим партнером по бизнесу. Когда-то они вместе создали фирму и работали 4 года. Но потом Олег ушел и создал свою фирму. Самое важное: новая фирма не составляла конкуренцию прежней, так как у нее был другой профиль. Следовательно, и новые клиенты.

Однако через некоторое время  Олегу стали звонить неизвестные люди и требовать, чтобы он передал свой полистирольный бизнес неким лицам. В противном случае, дескать, у него будут неприятности. Олег Рощин не реагировал на угрозы и продолжал работать. Пока не возбудили уголовное дело, о котором рассказано выше.

Выясняется, что подоплека проста и даже банальна, как это ни печально, для сегодняшней России: в дележе бизнеса и в устранении конкурентов используется следовательско-судебная цепочка. Она по сути выполняет чей-то заказ. Стоит ли тогда удивляться, что ни следователи, ни суд не беспокоятся о наличии убедительных доказательств вины подозреваемого…

Автор: Леонид Мазурик