Одно из разъяснений Пленума касается единственной квартиры в ипотеке. Если банк не предъявит свое требование в рамках банкротного дела, либо пропустит срок для обращения за установлением статуса залогового кредитора — он не сможет рассчитывать на удовлетворение своих требований даже вне дела о банкротстве.
Часть разъяснений касается проблемы изъятия жилья у гражданина-банкрота. Верховный суд рассказал: если у должника есть несколько квартир, суд должен самостоятельно определить, какое оставить банкроту, а какое — продать для погашения требований кредиторов. При этом суд должен учитывать интересы обеих сторон спора, а также думать о соблюдении прав иждивенцев должника.
Если должник избавился от квартиры в пользу своих родственников — такая сделка не всегда может быть признана недействительной. Должник в рамках рассмотрения этого вопроса в суде вправе ссылаться на тот факт, что, несмотря на утрату права собственности в отчужденном жилье, на момент рассмотрения спора в нем совместно проживают он и члены его семьи, и это жилье — единственное, которое у них есть.
Верховный суд подчеркивает: по мотивированному ходатайству гражданина и других участников банкротного дела суд может дополнительно исключить из конкурсной массы имущество общей стоимостью меньше 10 000 руб.
В исключительных случаях суд может дополнительно исключить из конкурсной массы имущество в большем размере — например, если должнику или его иждивенцам нужны дорогостоящие лекарства или операция. «При этом должен соблюдаться баланс интересов должника, лиц, находящихся на его иждивении, с одной стороны, и кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения за счет конкурсной массы, с другой стороны», — подчеркивает Пленум.
Если должник по алиментам оспаривает их размер, то получатель алиментов может потребовать возбуждения банкротного дела только после того, как вступит в законную силу решение суда общей юрисдикции по спорному вопросу.
Суд может признать внесудебное соглашение об уплате алиментов недействительным, когда о том попросит финансовый управляющий или кредиторы должника — если получатель алиментов получает слишком много денег в ущерб интересам кредиторов.
В банкротном деле гражданина подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, которое принадлежит ему и супругу — в том числе бывшему — на праве общей собственности. При этом супруг может обратиться в суд общей юрисдикции с заявлением о разделе имущества — если решит, что его продажа навредит имущественным интересам.
«Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также финансовый управляющий вправе принять участие в рассмотрении дела о разделе общего имущества супругов в качестве третьих лиц», — подчеркивает Пленум. При этом спорное имущество супругов нельзя продать в банкротном деле до того, как суд разрешит вопрос о его разделе.
Если супруги не заключали внесудебное соглашение о разделе общего имущества или брачный договор, или суд не разделял их общее имущество, то при определении долей следует исходить из презумпции равенства. Несогласный с равным разделом долей в имуществе супруг может потребовать иное определение долей в суде общей юрисдикции.
В случае, когда банкротятся оба супруга, «в целях процессуальной экономии и для упрощения порядка реализации имущества» суд может объединить их банкротные дела. В таком случае управляющий ведет отдельно реестр требований кредиторов по общим обязательствам супругов и реестры требований кредиторов по личным обязательствам каждого из супругов. «Сумма, полученная от реализации личного имущества одного из супругов, не может быть направлена на погашение личных обязательств другого супруга», — говорится в разъяснениях Пленума.
Постановление Пленума пока не принято — по итогам обсуждения председатель ВС Вячеслав Лебедев отправил его на доработку.
