Квазисубъект или орудие преступления: что делать с ИИ

Иллюстрация: recraft.ai

Профильное законодательство, касающееся искусственного интеллекта, формируется по-разному, но в большинстве стран этот процесс только начинается. При этом юристы не сходятся во мнении о том, как именно нужно регулировать деятельность ИИ, кто должен отвечать за ошибки нейросетей и нужен ли здесь специальный уголовный состав. Обсуждаемая тема заявлена сразу в нескольких дискуссиях на Петербургском международном юрфоруме. Так, на сессии «Этика искусственного интеллекта» эксперты обсудили не только этический аспект, но и уголовно-правовой.

Виктор Вайпан, заведующий кафедрой правовой информатики, информационного и цифрового права, МГУ имени Ломоносова, считает, что в ближайшее время из-за развития технологии ИИ можно будет рассматривать как квазисубъект. «У нас технология с ИИ — объект правоотношений, а не субъект на настоящий момент. Но как можно быстрее надо начать моделировать законодательство, когда ИИ будет квазисубъектом, иначе мы опоздаем», — объяснил он.

В сегодняшних условиях нужно иметь смелость, чтобы сказать: у нас есть презумпция опасности искусственного интеллекта.

Виктор Наумов, партнер NEXTONS NEXTONS Федеральный рейтинг. группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование (таможенное право) группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Интеллектуальная собственность (консультирование) группа Интеллектуальная собственность (регистрация) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (консультирование high market) группа Налоговое консультирование и споры (консультирование high market) группа Налоговое консультирование и споры (споры) группа Недвижимость, земля, строительство (консультирование high market) группа Трудовое и миграционное право группа Антимонопольное право группа Арбитражное судопроизводство (крупные коммерческие споры: high market) группа Банкротство (споры high market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование (валютное регулирование) группа Интеллектуальная собственность (судебные споры) группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (сделки и M&A high market) группа Международные судебные разбирательства группа Рынки капиталов группа Санкционное право группа Транспортное право группа Финансовое/Банковское право Профайл компании , профессор кафедры информационного права и цифровых технологий МГЮА тоже обратил внимание на слабую технологическую базу и отсутствие в законодательстве понятных определений ИИ. По его мнению, в сложившихся условиях человек — слабая сторона. Производитель не заинтересован в определении четкой системы прав и обязанностей или специального вида ответственности, заметил Наумов. В лучшем случае идет внедрение институтов страхования. Так, Норвегия, Великобритания и Германия уже внесли поправки об обязательном страховании беспилотного транспорта. Одновременно эксперт высказался в пользу ответственности за навязывание использования нейросетей в определенных сферах, например в работе с детьми, когда генерацию ИИ выбирают вместо традиционного творчества, которое развивает критическое мышление.

При этом технологии ИИ используются в очень многих программах и часто пользователь даже не замечает этого, констатировал Александр Крайнов, директор по развитию технологий искусственного интеллекта «Яндекса». Он напоминает, что ИИ в конечном счете — сложный алгоритм, который действует в вероятностном диапазоне, поэтому ответственность за правонарушения с использованием ИИ должна лежать на человеке.

Все проблемы с ИИ решаются в рамках традиционных механизмов, поэтому я резко против цифровой казуализации особой части и появления цифровых двойников уголовно-правовых запретов. Иначе так можно дойти до разделения вымогательства и кибервымогательства или убийства и киберубийства.

Евгений Русскевич, профессор кафедры уголовного права МГЮА

По наблюдениям Евгения Русскевича, профессора кафедры уголовного права МГЮА, сейчас этические кодексы ИИ действуют по принципу «за все хорошее, против всего плохого».