Три нижестоящих суда решили, что на момент дарения финансовое положение Росляк еще не было плачевным. Тогда она еще могла расплачиваться с кредиторами, а значит, в ее действиях по дарению недвижимости дочерям нет недобросовестности (дело № А40-47389/2017).
При этом суды отклонили доводы управляющего о том, что в отношении Росляк есть вступившие в силу приговоры, которыми с нее в пользу кредиторов взыскали значительный ущерб. Три инстанции сослались на вступление этих судебных актов в законную силу после совершения сделок. Также они сослались на решение суда общей юрисдикции, который подтвердил, что сделка не была мнимой, а Росляк просто хотела обеспечить своих несовершеннолетних детей жильем, потому что у нее ухудшилось здоровье.
В Верховный суд с жалобой обратился не только управляющий, но и банк-кредитор. Вместе они указали, что момент возникновения денежного обязательства по возмещению вреда не связан со вступлением в силу судебных актов о возмещении ущерба. Заявители уверены, что наличие признаков неплатежеспособности подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, не исполненными должником. Росляк же просто пытается «спрятать» имущество от кредиторов, хотя на самом деле она продолжает сама пользоваться всей недвижимостью.
Экономколлегия проверила доводы жалобы, отменила решения нижестоящих инстанций и признала сделки дарения недействительными. При этом вопрос о последствиях признания сделок недействительными ВС не стал разрешать сам, отправив спор в этой части в АСГМ.
