Цифра в реальности: актуальные вызовы и регуляторные тренды
Цифровое право перестало быть фантастикой или вопросом будущего — это наше настоящее. В России уже есть профильное законодательство в сфере искусственного интеллекта, платформенной экономики, экспериментальных правовых режимов и других инноваций, развитие которых мы наблюдаем в режиме реального времени. Вместе с тем развитие новых технологий ставит перед законодателями новые задачи, которые требуют продолжения совершенствования правового регулирования.
Александр Журавлев, управляющий партнер Юридическая компания «ЭБР»
Антон Горелкин, первый заместитель председателя комитета Государственной думы по информационной политике, информационным технологиям и связи: «Игровая индустрия — один из локомотивов роста и диверсификации экономики. У нас много талантливых команд, и сегодня крайне важно создать условия, чтобы они оставались и развивались в России. Именно поэтому одна из ключевых целей законопроекта о видеоиграх — поддержка отечественной игровой индустрии. Мы рассчитываем принять его в первом чтении до конца сессии, а ко второму чтению совместно с индустрией подготовить глубокие поправки, в частности детально прописать инструменты поддержки. На мой взгляд, одним из таких инструментов могло бы стать создание негосударственного фонда, который выполнял бы функции неофициального министерства видеоигр».
Раньше для операций с цифровой валютой российским пользователям приходилось обращаться к зарубежным биржам и обменникам. Теперь в России появились официальные посредники — криптообменники и цифровые депозитарии, которые получили право проводить операции с цифровой валютой, обеспечивать ее покупку и хранение. За два месяца действия закона в реестре появилось уже 23 криптообменника, и, думаю, к концу года их число превысит сотню. Но это только начало. Еще предстоит внести изменения в налоговое законодательство и разработать стандарты работы для участников рынка. Серьезным вызовом остаются международные санкции. Практика покажет, как рынок будет работать в этих условиях.
Рамис Абянов, партнер АНП ЗЕНИТ
Артем Шейкин, первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству: «Наша главная задача — создать понятную правовую систему, которая будет регулировать движение беспилотного транспорта и обеспечивать безопасность всех участников дорожного движения. Основная проблема, которую до сих пор не удалось урегулировать, — это ответственность при ДТП. Сегодня ст. 1079 ГК предусматривает, что вред возмещает владелец источника повышенной опасности, независимо от вины. Именно этот механизм мы хотим закрепить в будущем законе и также предусмотреть в нем возможность последующего взыскания ущерба с других участников, если будет доказана их вина в происшествии. Принятие законопроекта, который сейчас разрабатывается совместно с Минтрансом, позволит бизнесу выстраивать инвестиционную стратегию на несколько лет вперед. Надеюсь, в следующем году мы отработаем все спорные моменты и примем закон».
Ренат Лашин, исполнительный директор АРПП «Отечественный софт»: «Сегодня для российской IT-отрасли особенно важно качество принимаемых регуляторных решений. Формирование требований к доверенному ПО — это вопрос не только информационной безопасности, но и условий конкуренции на рынке, поскольку соответствие этим требованиям влияет на положение российских разработчиков в системе государственных и корпоративных закупок. Поэтому необходимо найти баланс между обеспечением безопасности, технической выполнимостью требований и экономическими возможностями компаний, учитывая замечания профессионального сообщества. Не менее важна предсказуемость налоговой политики: разработка программных продуктов требует долгосрочных инвестиций, а компаниям нужны стабильные условия для планирования развития. При этом, несмотря на рост IT-отрасли в целом, темпы роста рынка разработки ПО замедляются, и дополнительная налоговая нагрузка может ограничить инвестиции в создание новых продуктов и выполнение задач, поставленных указом президента № 309. Именно поэтому необходим согласованный подход к регулированию, вырабатываемый в постоянном диалоге государства с профессиональным сообществом, при котором новые требования повышают безопасность и доверие к российским продуктам, а экономическая политика создает условия для развития отечественных разработчиков и достижения технологической независимости».
Закон о платформенной экономике — новая веха и положительный шаг вперед для всей отрасли. С появлением реестра цифровых платформ стало понятно, на кого распространяется закон, а партнеры платформ получили дополнительные гарантии защиты своих интересов. В частности, теперь платформы обязаны предупреждать их об ухудшении договорных условий не менее чем за 45 дней. Для самих платформ это тоже плюс, поскольку понятные правила игры снижают правовую неопределенность и позволяют бизнесу планировать развитие. Кроме того, закон впервые установил правила платформенной занятости, которые помогают снизить риск переквалификации гражданско-правовых отношений в трудовые. Полагаю, развитие гибкой занятости также может помочь справиться с кадровым дефицитом в экономике.
Александр Смирнов, управляющий директор по юридическим вопросам «Авито»
Рената Любимова, советник заместителя руководителя Департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры Москвы: «Вопросы обеспечения безопасности и распределения ответственности при эксплуатации роботов в настоящее время могут быть решены в рамках действующего правового регулирования, основываясь на положениях гражданского законодательства. Но когда речь идет о беспилотном транспорте, который участвует в дорожном движении, необходимо более четкое регулирование и процедурные механизмы для запуска таких масштабных проектов. За рубежом мы видим тенденцию к взаимодействию беспилотных транспортных средств с инфраструктурой, которая передает данные о ДТП, пробках, перекрытиях и работе светофоров, чтобы транспортное средство заранее понимало, какие проблемы могут возникнуть на пути его следования. В Москве такая инфраструктура активно развивается, и мы хотим закрепить в федеральном законе о высокоавтоматизированных транспортных средствах полномочия по обеспечению интеграции беспилотного транспорта с этими системами».
Платформы: новая реальность регулирования
Екатерина Третьякова, советник, руководитель практики VERBA LEGAL : «Данные — это очень большой двигатель конкуренции, если пользоваться ими здраво. Чем больше набор данных, тем лучше обучаются алгоритмы и тем сложнее пользователю уйти с платформы. Сейчас обсуждают два подхода к регулированию данных: разбираться в каждой конкретной ситуации и смотреть, где было злоупотребление, либо заранее прописать в законе, какие данные и на каком основании платформы должны предоставлять. При этом данные есть далеко не только у операторов цифровых платформ — ими обладают банки, крупный ретейл и другие компании. Поэтому, на мой взгляд, стоит обсудить, действительно ли необходимо регулировать этот вопрос на уровне закона или можно выработать принципы в рамках отраслевых ассоциаций. Ведь отношения и поведенческие модели опережают закон».
Сегодня маркетплейсы выполняют целый комплекс действий за продавца. Они хранят и доставляют товары, принимают оплату, занимаются продвижением. Поэтому возникает вопрос, в каких случаях площадка выступает информационным посредником, а когда может самостоятельно отвечать за продажу контрафактных товаров. В постановлении по делу компании «Мир Хобби» Конституционный суд разъяснил, что маркетплейс может нести самостоятельную ответственность за действия, которые выходят за рамки информационного посредничества. Однако даже после этого практика остается противоречивой, а борьба с контрафактом остается на усмотрение площадок. Рассчитывать, что отрасль сама себя отрегулирует, не стоит.
Дмитрий Марканов, президент Российской национальной группы AIPPI, патентный поверенный РФ, управляющий партнер BFL | PATENTUS
Екатерина Суханова, руководитель направления антимонопольного права «Авито»: «Требования нового закона необходимо внедрять сбалансированно — обеспечивать соблюдение закона, учитывая специфику продукта и нагрузку на команды и сохраняя привычные пользовательские сценарии. Юрист в этом процессе — партнер бизнеса. И его задача — не просто обозначить возможные варианты, а предложить оптимальное решение, которое можно реализовать технически. Для этого юридическая оценка должна идти параллельно с разработкой, чтобы решения принимались своевременно и не задерживали вывод продукта на рынок. Встроенный комплаенс — это преимущество для бизнеса, поскольку он позволяет быстрее принимать решения, повышать уровень безопасности и сокращать риски для компании».
За время подготовки законодательства о платформенной экономике сформировалась полноценная система обсуждения будущего регулирования. Благодаря этому компании могут представлять свою позицию еще на этапе разработки новых инициатив через рабочие группы при органах власти, профильные подкомиссии и экспертные площадки. Именно в таком формате представители бизнеса участвовали в обсуждении второго пакета поправок и доносили свою позицию до Минэка как профильного регулятора. В дальнейшем значение такого диалога будет только расти. Сейчас госорганы готовят стратегию развития платформенной экономики, которая определит подходы к платформизации широкого круга отраслей.
Максим Волков, советник Kesarev
Анна Арутюнян, директор направления по антимонопольной и регуляторной политике RWB: «Последние несколько лет мы активно обсуждали регулирование маркетплейсов и в итоге пришли к закону о платформенной экономике. Однако он по-прежнему касается прежде всего товарных маркетплейсов, хотя рынок гораздо шире. Социальные сети, мессенджеры и поисковые системы тоже существенно влияют на нашу жизнь, но пока словно остаются вне поля зрения регуляторов. Кроме того, важно, чтобы закон устанавливал общие принципы регулирования платформенной экономики, не углубляясь в детализацию каждого отдельного процесса работы маркетплейсов. Мне кажется, основные подходы к регулированию маркетплейсов мы уже сформулировали и обсудили, поэтому сейчас пора двигаться дальше и думать о том, как регулировать платформенную экономику в ближайшие годы».
ИИ — и что дальше? Будущее по новым правилам
Юрий Донников, директор юридического департамента и комплаенс HeadHunter: «За последние три-четыре года искусственный интеллект приобрел огромную популярность, и это объяснимо. Люди оценили его пользу, даже если не до конца понимают, как работает сама технология. Как мы помним из курса права, обычно сначала возникают общественные отношения, а потом появляется их правовое регулирование. Сейчас мы наблюдаем именно этот процесс: искусственный интеллект уже широко используют, а правила его применения только формируются как в России, так и за рубежом. Чтобы они работали, законодателю важно глубоко понимать саму технологию, и здесь особенно ценен диалог с бизнесом и экспертным сообществом».
В последнее время я наблюдаю нехорошую тенденцию: все сидят и ждут, когда примут закон и объяснят, что можно делать, а что нельзя. Но публичное право не должно быть настолько всеобъемлющим, чтобы спать с нами в одной кровати и вмешиваться во все аспекты нашей жизни. Государство должно регулировать те сферы, которые чувствительны для него самого. Например, компаниям не нужен отдельный закон, чтобы установить внутренние правила использования искусственного интеллекта. Уже сейчас стоит проверить, как сотрудники работают с нейросетями, куда передают персональные данные и коммерческую тайну и что об этом сказано во внутренних документах. Не нужно ждать, пока государство пропишет за нас каждое действие.
Дарья Носова, партнер, руководитель практики цифрового права и интеллектуальной собственности O2-STREAM (О2-СТРИМ)
Кирилл Дьяков, руководитель центра правового сопровождения и корпоративного права MWS AI: «Сегодня ИИ-агенты выполняют самые разные поручения пользователей: взаимодействуют с банками и маркетплейсами, совершают покупки и заключают сделки. Появляются и отдельные агентские платформы, на которых их создают и настраивают. Сложности с распределением ответственности возникают, когда агент выходит за рамки своих полномочий. Если рассматривать его как инструмент пользователя, отвечать должен человек, который его настроил и отправил в сеть. Но если агента создала сама платформа, нельзя исключать и ответственность ее оператора. Законодательство отсылает к нормам Гражданского кодекса, но применение обычных правил о превышении полномочий к таким кейсам кажется спорным, потому что ИИ-агент — это не самостоятельный субъект права».
Принятый закон об искусственном интеллекте представляется достаточно сбалансированным и предусматривает необходимую основу для регулирования отрасли. Поэтому, учитывая, что закон еще не вступил в силу, обсуждать дополнительные требования и ограничения до оценки практики его применения преждевременно. Сейчас важно сохранить баланс между регулированием отрасли и развитием конкуренции на российском рынке ИИ. Новые требования не должны создавать необоснованных преимуществ или ограничивать выбор технологических решений для компаний из разных отраслей. Технологии ИИ быстро развиваются, поэтому важно обеспечить стабильность основных положений закона и возможность гибко корректировать отдельные требования. Технические детали целесообразно закреплять в подзаконных актах, чтобы учитывать изменения технологий без постоянного пересмотра самого закона.
Дамир Салихов, руководитель направления сопровождения регуляторных инициатив в сфере IP и IT «Яндекса»
Новые правила игры для IT‑бизнеса — 2027: меры поддержки для пользы бизнеса — сохраняем преференции
Игорь Грибков, руководитель налоговой практики Юридическая компания «ЭБР» : «Налоговые органы тщательно проверяют, насколько обоснованно IT-компании применяют налоговые льготы. Они запрашивают договоры и акты, выясняют, кто на самом деле разрабатывал программное обеспечение, какие услуги оказывает компания и на каком основании она применяет льготы. При этом юридическое обоснование права на льготы, которое бизнес закрепляет на бумаге, иногда расходится с тем, как он работает на практике. Чтобы выявить это расхождение, налоговая может даже провести опрос сотрудников. Поэтому компаниям важно регулярно проверять основания для применения основных льгот и следить за тем, чтобы документы отражали реальные бизнес-процессы».
Александр Бражник, директор направления налогового администрирования «Ростелекома»: «В этом году IT-компании ощутили, насколько важно контролировать процесс переаккредитации. У нас в группе 120 фирм, поэтому мы создали целую систему контроля: следим за зарплатными показателями, требованиями к сайтам, необходимыми согласиями и документами. Но даже при таком основательном подходе возникают сложности с реализацией законодательных требований на практике. Например, после изменения организационно-правовой формы и получения нового ИНН одна из наших компаний столкнулась с проблемами при аккредитации и оформлении IT-ипотеки для сотрудников. Позже выяснилось, что эту же компанию не включили в расчет IT-сбора, поскольку формально в 2024 году ее еще не существовало. В итоге только после переговоров с Минцифры нам удалось вручную включить компанию в расчет IT-сбора за 2024 год, чтобы выполнить обязательства и не рисковать аккредитацией в дальнейшем».
Валерий Пущин, руководитель юридической службы 1С: «Реестр российского программного обеспечения — один из ключевых инфраструктурных механизмов, который очень сильно влияет на IT-отрасль. Когда он появился в 2014–2015 годах, его основной целью было импортозамещение, поддержка российских разработчиков и вытеснение иностранных вендоров. К сегодняшнему дню значение реестра заметно расширилось. Он тесно связан с налоговыми льготами, мерами государственной поддержки, требованиями к безопасности критической инфраструктуры и регулированием отдельных отраслей. Поэтому я бы осторожно относился к предложениям почистить реестр и ужесточить критерии включения в него программ. Любые резкие изменения правил или сокращение количества программ в реестре могут затронуть многие отрасли, которые уже ориентируются на него в своей работе».
Споры об IT-льготах можно разделить на две категории — из-за безосновательного применения преференций и из-за неправильного оформления документов. В некоторых случаях суды встают на сторону налогоплательщиков и учитывают их соответствие условиям получения льгот. Однако общая судебная статистика не в пользу налогоплательщиков: они выигрывают лишь около 20% дел. А ведь после проигрыша в первой инстанции добиться пересмотра решения еще сложнее. Поэтому, на мой взгляд, суд не лучшее место для разрешения споров об IT-льготах. Лучше заранее убедиться, что компания имеет право на льготу, и подготовить все подтверждающие документы.
Максим Гусев, налоговый менеджер Positive Technologies
Федор Петрик, руководитель направления налоговой практики Tax Compliance : «В начале года Минфин выпустил несколько писем, в которых назвал неправомерными совмещение льгот для IT-компаний и резидентов „Сколково” и переход между ними за прошлые периоды. После этого ФНС стала предлагать компаниям доплатить налог на прибыль за 2023–2025 годы, если они имели статус резидента „Сколково”, но применяли IT-льготу. При этом позиция ФНС следует исключительно из трактовок Минфина, так как в те годы Налоговый кодекс не содержал специальных ограничений на переход между льготами, а прежние разъяснения Минфина допускали такой подход. Поэтому у бизнеса есть аргументы для спора с налоговой. Но прежде всего нужно оценить, касается ли этот риск конкретной компании и сколько ей могут доначислить. А уже потом решать, спорить с налоговой или попытаться урегулировать ситуацию на этапе предпроверочного анализа».
Антон Борисичев, советник BIRCH : «Мы помогаем клиентам создавать IT-компании и часто сталкиваемся с повторяющимися ошибками, которые пока не стали предметом судебных споров, но в скором времени могут привлечь внимание налоговых органов. В частности, компании не оценивают, какую часть разработки выполняют субподрядчики и как это может повлиять на долю профильной IT-выручки. А иногда они не ведут единый внутренний реестр программного обеспечения и баз данных и из-за этого не могут подтвердить, какие продукты разрабатывали или дорабатывали. Еще одна распространенная ошибка связана с ценообразованием, особенно внутри группы компаний, когда стоимость услуг не отражает реальные трудозатраты. Из-за этого бизнес может потерять льготы, а значит, стать менее конкурентоспособным. Но пока еще есть время исправить эти ошибки».
