Изменения в регулировании непосредственно отражаются и на правоприменительной практике, лучшим индикатором которой является практика судебная. Поскольку же получение положительного заключения ГЭЭ остается обязательным условием реализации многих инвестиционных проектов и ведения определенных видов деятельности, изучение судебных актов по спорам, связанным с ГЭЭ, имеет практическое значение.
Судебную практику в сфере ГЭЭ можно условно классифицировать по следующим основаниям:
- Процедурные нарушения при ГЭЭ: несоблюдение установленных сроков, порядка подготовки и подачи материалов, нарушение требований к организации и проведению ГЭЭ и прочее.
- Споры о необходимости ГЭЭ: должна ли проектная и/или иная документация проходить ГЭЭ? Часто такие споры возникают в отношении новых техники, технологий, использование которых может оказать воздействие на окружающую среду, а также в сфере осуществления лицензируемой деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I – IV классов опасности.
- Оспаривание заключений ГЭЭ по существу, включая признание недействительным как отрицательных, так и положительных заключений. В таких спорах рассматриваются обоснованность замечаний экспертов, соответствие проектных решений требованиям законодательства и прочее.
- Оспаривание привлечения к административной ответственности за нарушение законодательства об экологической экспертизе — невыполнение требований об обязательности проведения ГЭЭ, финансирование или реализация проектов, программ и иной документации, подлежащих ГЭЭ и не получивших положительного заключения ГЭЭ (ч. 1 ст. 8.4 КоАП); осуществление деятельности, не соответствующей документации, которая получила положительное заключение ГЭЭ (ч. 2 ст. 8.4 КоАП).
Примеры из судебной практики 2025 года
Проведение ГЭЭ в отношении деятельности, планируемой к осуществлению во внутренних морских водах и территориальном море, признано обязательным (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.01.2025 по делу № А21-15021/2023).
Компания осуществляет сбор и транспортирование льяльных вод (отходов) с судов в акватории морского порта. По результатам плановой выездной проверки Управлением Росприроднадзора в отношении фирмы вынесено предписание, в одном из пунктов которого указано, что она осуществляет указанную деятельность в отсутствие положительного заключения ГЭЭ. Предписание содержит требование получить такое заключение. Компания, не согласившись с указанным пунктом предписания, обратилась с жалобой в суд.
Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, счел, что осуществляемая Обществом деятельность по смыслу действующего законодательства не относится к объектам ГЭЭ. Суд апелляционной инстанции, поддержанный кассацией, отменил решение суда первой инстанции, установив, что оспариваемый пункт предписания является правомерным.
Вышестоящие суды указали, что ГЭЭ подлежат все виды документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность во внутренних морских водах и в территориальном море, а требование о наличии положительного заключения ГЭЭ обусловлено не только определенными видами хозяйственной деятельности, но и осуществлением иной деятельности во внутренних морских водах и территориальном море независимо от времени начала ее осуществления. При этом получение такого заключения обязательно как на стадии реализации планируемой хозяйственной и иной деятельности, так и в процессе ее осуществления.
Обозначенный вывод особенно примечателен ввиду того, что таким образом суд, вопреки определению экологической экспертизы (ст. 1 ФЗ № 174 от 23.11.1995 «Об экологической экспертизе»), фактически распространяет правовое регулирование ГЭЭ не только на намечаемую деятельность, но и на уже осуществляемую.
Требование о необходимости разработки и прохождения ГЭЭ проектной документации на продление срока эксплуатации полигона отходов признано судом неправомерным (постановление АС Западно-Сибирского округа от 14.02.2025 по делу № А27-16860/2023).
Компания с 1986 года эксплуатирует полигон отходов. По результатам внеплановой выездной проверки Управлением Росприроднадзора выдано предписание, которым, в том числе вменено в качестве нарушения природоохранных требований проведение работ по продлению срока эксплуатации полигона в отсутствие проектной документации, получившей положительное заключение ГЭЭ. Компания обратилась в суд с иском о признании предписания недействительным.
Требование удовлетворили, предписание признано незаконным. Суд установил, что эксплуатация полигона осуществляется на основании проектной документации, получившей заключение ГЭЭ в 1997 году. Приказом Росприроднадзора спорный полигон в 2014 году включен в государственный реестр объектов размещения отходов (ГРОРО). При этом конкретный срок допустимой эксплуатации полигона в проектной документации не указан, а технические мероприятия по увеличению его емкости компанией не проводились, изменения в проектную документацию не вносились. Вывод же Управления Росприроднадзора о предполагаемом сроке эксплуатации полигона (20 лет) основан на соотношении его объема и планируемого объема ввозимых отходов. На момент рассмотрения спора в суде объем полигона не исчерпан. Таким образом, у Управления Росприроднадзора отсутствовали основания для выдачи предписания в указанной части.
Отказ в предоставлении государственной услуги по организации и проведению ГЭЭ по причине некомплектности материалов признан обоснованным (постановление АС Северо-Кавказского округа от 18.03.2025 по делу № А32-10554/2024).
Фирма, осуществляющая деятельность по транспортировке отходов на территории морского порта, обратилась в Росприроднадзор для получения государственной услуги по организации и проведению ГЭЭ. При этом такое заявление было направлено в целях получения подтверждения уполномоченного органа о том, что документация, обосновывающая хозяйственную деятельность компании, не является объектом ГЭЭ (иной способ получения такого подтверждения не предусмотрен законодательством).
По результатам рассмотрения заявления Управление Росприроднадзора приняло решение об отказе в предоставлении государственной услуги и о возврате предоставленных на ГЭЭ документов ввиду следующих нарушений:
- в материалах ОВОС отсутствуют сведения о результатах ОВОС;
- отсутствует согласование Росрыболовства.
Компания обратилась в суд с иском о признании незаконным указанного решения Управления Росприроднадзора.
Суды отказали в удовлетворении требований. Так, суды, с учетом ранее принятых судебных актов судов общей юрисдикции в рамках другого дела, установили, что деятельность по снятию отходов с судов осуществляется компанией в акватории морского порта и во внутренних морских водах (поскольку причалы относятся к внутренним морским водам, постановление ВС от 20.11.2023 № 56-АД23-11-К9). Документация, обосновывающая указанную хозяйственную деятельность, является объектом ГЭЭ. Таким образом, подтверждена необходимость получения положительного заключения ГЭЭ.
Кроме того, судами отклонен довод компании о нарушении процедуры предоставления государственной услуги, так как Управление Росприроднадзора приняло решение об отказе и о возврате представленных на ГЭЭ документов ввиду неоднократного неустранения фирмой нарушений, указанных в уведомлении (отсутствие в материалах ОВОС сведений о результатах ОВОС; отсутствие согласования Росрыболовства), и при этом вменение данных нарушений судами признано обоснованным.
Отрицательное заключение ГЭЭ признано незаконным ввиду необоснованности замечаний экспертной комиссии и нарушения Росприроднадзором процедуры организации и проведения ГЭЭ (постановление АС Московского округа от 01.07.2025 по делу № А40-149682/2024).
Компания осуществляет деятельность по перегрузке опасных грузов (нефти) с одного транспортного средства на другое в морском порту, в связи с чем обязана утвердить план предупреждения и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов (План ЛРН), получивший положительное заключение ГЭЭ. Наличие Плана ЛРН является обязательным требованием для получения лицензии на осуществление погрузочно-разгрузочной деятельности с опасным грузами в морских портах.
Фирма обратилась в Росприроднадзор с заявлением о проведении ГЭЭ документации Плана ЛРН. Но по результатам организации и проведения ГЭЭ (в том числе повторной после устранения замечаний) Управление Росприроднадзора утвердило отрицательное заключение ГЭЭ по Плану ЛРН.
Не согласившись с данным заключением, компания обратилась в суд с заявлением о признании его недействительным.
Судами требование фирмы удовлетворено — заключение ГЭЭ и приказ Управления Росприроднадзора об утверждении заключения ГЭЭ признаны недействительными, на Управление Росприроднадзора возложена обязанность повторно организовать и провести ГЭЭ с учетом выводов суда.
В частности, судами признаны неправомерными замечания экспертной комиссии ГЭЭ в части предъявления к Плану ЛРН требований, которые не применимы к конкретной осуществляемой компанией деятельности. Например, замечание о необходимости учета нефтеналивных танкеров в качестве источника разлива нефти, так как из законодательства не следует обязанность оператора морского терминала учитывать морские суда в качестве потенциального источника разлива нефти. Иное толкование же возлагает на фирму бремя несения непроизводительных расходов и распространяет на владельца морского терминала обязанности портовой администрации в части обеспечения предупреждения и ликвидации разливов в акватории порта вне рамок эксплуатации терминала.
Кроме того, суды установили нарушение Росприроднадзором порядка организации и проведения ГЭЭ при определении территориального органа, поскольку Росприроднадзор поручил проведение ГЭЭ без учета территориального критерия. Суды сделали вывод об обязательности применения территориального критерия при определении органа для проведения ГЭЭ — отступление от него возможно исключительно при отсутствии экспертов или значительной загруженности территориального органа, не позволяющее провести ГЭЭ в установленные законом сроки.
Хозяйствующий субъект привлечен к административной ответственности за осуществление деятельности, не соответствующей документации, которая получила положительное заключение ГЭЭ (постановление АС Центрального округа от 29.09.2025 по делу № А62-428/2024).
По результатам внеплановой выездной проверки Управлением Росприроднадзора выявлено, что предприятие эксплуатирует полигон отходов с отступлением от проектной документации, получившей положительное заключение ГЭЭ, а именно:
- территория санитарно-защитной зоны (СЗЗ) не очищена от мусора;
- на внешних откосах отсутствует изолирующий слой грунта;
- выходы фильтрата на внешних откосах не засыпаны грунтом с послойным уплотнением.
В этой связи предприятие было привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.4 КоАП. Предприятие обжаловало постановление Управления Росприроднадзора.
В удовлетворении жалобы компании было отказано. Судами установлено, что проектной документацией, получившей положительное заключение ГЭЭ, предусмотрены правила эксплуатации полигона. В то же время в ходе проверки с привлечением аккредитованной лаборатории выявлено отсутствие тщательной засыпки фильтрата на внешнем откосе до полного его исчезновения, а также отсутствие на внешних откосах послойного уплотнения отходов и изолирующего слоя грунта, что повлекло выходы фильтрата на внешних откосах. Указанные обстоятельства свидетельствуют о несоблюдении предприятием требований проектной документации и при установленной виновности юридического лица образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 8.4 КоАП.
Получение положительного заключения ГЭЭ на технологию, не являющуюся новой, для предоставления лицензии на осуществление деятельности по обращению с отходами I – IV классов опасности не требуется (постановление 13-го ААС от 04.11.2025 по делу № А56-23946/2025).
Компания в августе 2024 года обратилась в Управление Росприроднадзора с заявлением о предоставлении лицензии на осуществление деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I – IV классов опасности, в части сбора, транспортирования, утилизации отходов III – IV классов опасности.
Управление направило в адрес фирмы уведомление о необходимости устранения выявленных нарушений — в заявлении о предоставлении лицензии необходимо указать реквизиты положительного заключения ГЭЭ. Компанией предоставлен ответ с пояснениями о том, что технология не является новой. Она указала, что для проведения работ по утилизации отходов приобрела стандартное оборудование и планирует применение технологии, которая была изобретена, внедрена много лет назад, а значит, не требует наличия положительного заключения ГЭЭ.
Управление отказало фирме в предоставлении лицензии в связи с неустранением выявленных нарушений установленных требований, направленных уведомлением ранее. После досудебного обжалования она обратилась в суд с заявлением о признании незаконным решения Управления об отказе в предоставлении лицензии и о возложении на Управление обязанности выдать соответствующую лицензию.
Требования компании были удовлетворены. Суд установил, что на ГЭЭ должны представляться проекты технической документации только на новую технику и (или) технологию, использование которых может оказать воздействие на окружающую среду.
В письмах Минприроды России от 13.05.2011 № 05-12-44/7250 и Росприроднадзора от 22.07.2019 № АА-10-02-32/19273 указано, что новые техника и технология — это впервые предлагаемые к использованию на территории России и прошедшие апробацию. Деятельность же, планируемая фирмой в сфере обращения с отходами I - IV класса опасности, не связана с применением новой технологии, техники, а также с образованием новых веществ, в связи с чем Управлением не доказана правомерность требования об указании реквизитов положительного заключения ГЭЭ.
Компания планирует осуществление деятельности по утилизации отходов III - IV классов опасности с использованием производственной линии для изготовления изделий по полимерно-песчаной технологии методом холодного прессования, предназначенной для производства различных пескополимерных изделий с использованием пресс-форм. Технология переработки отходов методом холодного прессования не является новой и ранее применялась на территории РФ иными лицами. Технология же производства полимерно-песчаных изделий из отходов также внедрена на российских производствах и была предложена и апробирована на территории РФ задолго до вступления в силу ФЗ № 174.
Доказательств того, что предполагаемая к применению компанией технология является новой, Управлением не представлено.
Суд также отклонил довод Управления о том, что фирма в заявлении о выдаче лицензии не указала наименование технологий, которые будут использованы при утилизации отходов, даты утверждения этих технологий и документы, подтверждающие возможность использования технологий — в ответе на уведомление Управления компания указала на использование технологии производства полимерно-песчаных изделий из отходов, указало реквизиты патентов на технологию, привело перечень организаций, имеющих аналогичную технику и технологию, с указанием реквизитов выданных им лицензий на утилизацию отходов и санитарно-эпидемиологических заключений
К вам едет ревизор: что делать до, во время и после экологической проверки
Подготовили важные советы, которые помогут пройти проверку
Обзор экологических дел Верховного Суда за 6 месяцев 2024 года
ВС рассмотрел 61 дело, связанное с применением экологического и природоохранного законодательства.
