Сюжеты
1 ноября 2017

Штрафы, блокировки и спецналоги: как регулируют интернет в России

Штрафы, блокировки и спецналоги: как регулируют интернет в России
Фото с сайта www.24unet.com

Стремительное развитие интернета привело к тому, что в последние годы государство стало обращать пристальное внимание на вопросы регулирования всемирной паутины. Каждый год принимают все новые и новые законы, которые регламентируют правила для той или ной сферы в интернете. Как теперь функционируют онлайн-кинотеатры, чего ждать товарным агрегаторам, насколько эффективен «налог на Google» и что надо сделать для защиты интеллектуальных прав в интернете? Эксперты обсудили эти темы на конференции «Право.ru».  

Первой же темой для обсуждения стал так называемый «пакет Яровой». Этот термин обозначает ряд антитеррористических поправок в законодательство от депутата Госдумы Ирины Яровой и сенатора Виктора Озерова, которые российский парламент принял еще прошлым летом. Утвержденные изменения предусматривают, что с июля 2018 года российские операторы сотовой связи должны будут хранить трафик клиентов в течение шести месяцев. А сведения о фактах приема, передачи, доставки и обработки голосовой информации и текстовых сообщений, изображений, звуков и видео придется хранить три года.

Зарубежные аналоги "пакета Яровой"

Несмотря на то, что до вступления закона в силу осталось меньше года, правительство все еще не определило точные сроки, объем и тип информации, подлежащей хранению. Кроме того, операторы "большой четверки" подсчитали, что на реализацию закона им предстоит потратить порядка 2,2 трлн руб. Поэтому предлагалось отсрочить реализацию поправок на пять лет (см. "Правительство может отложить реализацию "закона Яровой" до 2023 года"), но Кабмин эту идею не поддержалИрина Левова, директор по стратегическим проектам Института исследований интернета, подчеркнула, что перечисленные изменения подробно оговаривать пока рано: «Решения по срокам и объемам хранения информации не принято, работа в этом направлении продолжается».

Зато эксперт представила доклад по зарубежному опыту сбора и хранения информации для правоохранительных органов. Предметом изучения стали такие страны, как Австралия, Бразилия, ЕС, Франция, Германия и Китай. Исследование показывает, что в большинстве стран используются внесудебные меры по хранению метаданных – к ним относятся сведения о геолокации пользователя, его ip-адрес, время выхода в интернет и т.п. А вот доступ к самому содержанию сообщений возможен только по судебным решениям и при выявлении потенциальной террористической угрозы. Кроме того, если в России на внедрение системы хранения информации не планируют тратить средства из федерального бюджета, то за границей подобные расходы телекоммуникационных компаний обычно частично компенсируются государством. В частности, путем выделения грантов, как это устроено в Австралии, рассказала Левова. Лишь в Китае по этому вопросу отсутствуют четкие и прозрачные нормы.

Как работает "налог на Google"

Денис Зайцев, советник юрфирмы DS Law, обратил внимание на то, что наше государство чаще всего изначально выделяет наиболее жесткий вариант регулирования той или иной сферы. Он в свою очередь кратко рассказал об особенностях работы так называемого «налога на Google», который вступил в силу с 1 января 2017 года. Речь идет о поправках в Налоговый кодекс, которые обязывают зарубежные фирмы выплачивать НДС за реализацию онлайн-контента по ставке в 18%. Всем иностранным продавцам электронных услуг теперь нужно уведомлять ФНС и заводить личный кабинет налогоплательщика при помощи сервиса "НДС офис интернет-компании" (см. "ФНС презентовала сервис для уплаты по Интернету "налога на Google"). Зайцев отметил, что закон четко устанавливает закрытый перечень услуг, который подпадает под этот налог: «Хотя этот акт касается большинства интернет-услуг».

Вместе с тем докладчик развеял мифы, которые связаны с таким сбором. Одно из заблуждений, что этим налогом облагаются все услуги, которые оказываются через всемирную сеть. Однако это не так, подчеркнул эксперт: «В законе прописаны и другие критерии». Еще одно предположение, что налог платится, лишь когда покупатель является физическим лицом. И это тоже нет, рассказал Зайцев: «Приобретать услугу через интернет может ИП или организация». Бытует и еще одно ошибочное мнение – если иностранцы будут оказывать услуги через российское лицо, то «налог на Google» платить не придется. Но по факту налоговая может расценить такую схему как посредничество, и с зарубежной компании все равно потребуют уплатить сбор, сообщил Зайцев.

Нужно ли регулировать товарные агрегаторы

Вообще, в России рынок интернет-торговли серьезно растет, поэтому появляются и новые формы продажи товаров. А потребительское законодательство устарело и не успевает за стремительным прогрессом, отметил Антон Большаков, глава  департамента специальных проектов АКИТ. В том числе этим эксперт объяснил необходимость разработать отдельный закон, который будет регулировать деятельность товарных агрегаторов. В России ярким примером является «Яндекс.Маркет», а в мире хорошо известен AliExpress. Изменения предполагают, что агрегаторов обязуют давать потребителю достоверную информацию о продавце товара и самой вещи. Если сведения окажутся неверными и принесут покупателю убытки, то агрегатору придется их компенсировать.

Левова тут же раскритиковала эту инициативу. По ее словам, подобный законопроект выглядит регулированием ради регулирования. Большаков в ответ заявил, что такой акт нужен потребителям, которые периодически жалуются на обман со стороны товарных агрегаторов. Левова же продолжила настаивать на том, что все спорные моменты в этой сфере успешно отрегулируются рыночной конкурентной борьбой интернет-посредников в продаже товаров: «Поймите, нет интереса у агрегатора обмануть потребителей».

Онлайн-кинотеатры и конкурсы в интернете

А вот закон о регулировании деятельности онлайн-кинотеатров уже приняли в этом году. Этот акт регламентирует деятельность аудиовизуальных сервисов с посещаемостью более 100 000 человек в сутки в течение месяца. По словам Алексея Бырдина, генерального директора Ассоциации «Интернет-видео», необходимость ввести правила для работы онлайн-кинотеатров появилась тогда, когда власти оценили эти сервисы как полноценные медиакомпании. Эксперт признается, что их отрасль боялась серьезных ограничений на привлечение иностранных инвестиций, которые введет этот закон. Но такие опасения не оправдались, отметил он. Бырдин разъяснил, что регулирование аудиовизуальных сервисов практически идентично тем правилам, по которым функционируют СМИ.  В частности, владельцам интернет-кинотеатров запрещено распространять пропаганду порно, культ насилия и жестокости, надо маркировать контент и не вкладывать программы без лицензии. Среди других обязательных требований – раскрывать информацию о владельце и вести счетчик для учета объема аудитории.

Юлия Сычёва, директор по юридическим вопросам Россия, СНГ и страны Балтии, Viacom International Media Networks, дала советы о том, как проводить конкурсы и акции в интернете. Она рекомендовала подкреплять согласие пользователя с правилами конкурса конклюдентными действиями. То есть, если гражданин прислал свою работу для участия в соревновании, значит, он автоматически принял все условия состязания. Важный момент в этой теме – сбор персональных данных участников, отметила Сычева. Эксперт посоветовала такие сведения в подробном виде переносить в оффлайн, особенно когда речь уже касается получения информации о победителях. Аккуратнее надо быть организаторам, когда в акции участвуют несовершеннолетние. В таком случае нужно обеспечить защиту изображения ребенка, а призы вручать только в присутствии родителей. Вообще, охрана персональных данных пользователя является одной из самых важных тем в обсуждаемой сфере.

Возросшие штрафы и разные блокировки

Илья Ходаков, юрист Lidingsрассказал, как в последний год изменилась ответственность за нарушения в этой области. Если раньше в КоАП имелся только один состав, который предусматривал наказание за любые нарушения по взаимодействию с персональными данными, то теперь их стало сразу семь. И максимальный размер штрафа вырос с 10 000 руб. до 75 000 руб. Кроме того, до этого года административное дело возбуждалось только прокурором, а теперь такое право получил и Роскомнадзор.

Говоря о нововведениях, Ходаков отметил, что с этого года взыскание до 50 000 руб. можно получить, если разгласить персональные данные гражданина без его согласия или передать эти сведения третьим лицам в рекламных целях. Раскошелиться на 75 000 руб. придется в том случае, когда требовалось заручиться письменным согласием пользователя на обработку информации о нем, а такое одобрение отсутствует. Одним словом, чтобы не получить штраф, персональные данные надо бережно хранить в разрешенных законом целях и не передавать третьим лицам без согласия самих граждан.

Даниил Терещенко, заместитель начальника Управления организации предоставления государственных услуг Роспатента, остановился на вопросе защиты авторских прав в интернете. Он сразу подчеркнул, что их ведомство занимается этой темой значительно меньше, чем тот же Минкульт. Однако свой вклад в такую работу Роспатент тоже вносит. Терещенко рассказал про два основных антипиратских закона, которые помогают бороться с контрафактом.

Первый из этих актов датирован еще 2013 годом, когда владелец сайта стал отвечать за нарушение авторских и смежных прав. Тот закон распространялся только на фильмы и вводил специальный порядок блокировки доступа к пиратскому видеоконтенту. Исходя из закрепленной системы правообладателю предписали сначала обращаться в суд с требованием заблокировать видео, потом с этим решением идти в Роскомнадзор. Это ведомство уже переадресовывало требование провайдеру хостинга, который оповещал владельца сайта о необходимости незамедлительно удалить пиратский фильм.

Осенью 2014 года появился второй антипиратский закон, который ввел внесудебный порядок блокировки контента и распространялся уже на все объекты авторских прав, а не только на видео. Кроме того, новый законодательный акт предусматривал возможность вечной блокировки сайта, который неоднократно нарушает закон. Однако Терещенко подчеркнул, что внесудебный порядок работает плохо, так как владелец интернет-ресурса не несет ответственности за отказ удалить пиратский контент.

Защита прав в интернете

Сергей Зуйков, генеральный директор компании "Зуйков и партнеры", патентный поверенный России, акцентировал внимание на особенностях судебной практики, когда служители Фемиды отказываются признавать право на коммерческое обозначение у интернет-магазинов. В одном из таких дел суд сослался на то, что у онлайн-сервиса нет имущественного комплекса, следовательно, не может быть и такого обозначения (дело № А40-77233/2013). В другом споре Суд по интеллектуальным правам указал на то, что интернет-сайт и доменное имя не являются средствами индивидуализации и как коммерческие обозначения не могут расцениваться (дело № А60-1837/2016). Опираясь на подобные примеры, Зуйков посоветовал регистрировать домены как товарные знаки: «Это единственный механизм для его защиты».

Отдельно эксперт рассказал об иске «ВКонтакте» к компании «Дабл» и Национальному бюро кредитных историй (дело № А40-18827/2017). В этом разбирательстве заявитель уверял, что ответчики создали систему оценки кредитоспособности клиентов, опираясь на сведения граждан, указанных на личных страничках в соцсети. Однако суд отказал в иске. Зуйков подчеркнул, что АСГМ сослался на отсутствие у истца затрат на ведение базы своих пользователей. Первая инстанция пояснила, что граждане сами заполняют информацию о себе в соцсети. Кроме того, «ВКонтакте» не доказал, что ответчик перекачивал себе весь массив сведений о пользователях ресурса.

Денис Беляев, партнер юрфирмы DS Law, в завершении конференции развил тему интеллектуальной защиты прав на программное обеспечение. Он сразу объяснил, какие объекты этой категории попадают под охрану – результаты творческого труда, которые можно воспроизвести. К ним относятся и недоделанные программы. Эксперт отметил, что новизна, уникальность и оригинальность не будут считаться признаками охраноспособности таких разработок. Защите же будут подлежать все элементы программного обеспечения: начиная от его названия и всех составляющих, заканчивая материалами, которые использовались при его создании.

А вот идеи и алгоритмы программ охраняться не станут, подчеркнул Беляев. Он резюмировал, что в судебных спорах по поводу таких продуктов предметом доказывания являются три составляющих: 1) подтверждение того, что программу создали до даты нарушения прав на нее; 2) идентификация авторов разработки; 3) документальное основание перехода исключительных прав на программное обеспечение правообладателю.