Меньше масштаб — больше преимуществ: когда выбирать региональный арбитраж

При заключении международного контракта стороны нередко по привычке делают оговорку о разрешении споров в одном из крупнейших арбитражных институтов. Чаще всего это Международный арбитражный суд Международной торговой палаты (ICC), Гонконгский и Сингапурский международные арбитражные центры (HKIAC и SIAC) или Лондонский международный арбитражный суд (LCIA). По данным опроса Школы международного арбитража Queen Mary University of London и международной юридической фирмы White & Case, правила этих институтов входят в число наиболее предпочтительных среди участников рынка. ICC назвали 39% респондентов, HKIAC и SIAC — по 25%, а LCIA — 22%.

Но география арбитражных центров гораздо шире. В Центральной Азии работают Ташкентский международный арбитражный центр (TIAC) и Международный арбитражный центр Международного финансового центра «Астана» (IAC), в Белоруссии — Палата арбитров при Союзе юристов, в Киргизии — Международный третейский суд при Торгово-промышленной палате. На Ближнем Востоке есть Бахрейнская палата по разрешению споров (BCDR), Саудовский центр коммерческого арбитража (SCCA) и Каирский региональный центр международного коммерческого арбитража (CRCICA), а в Африке — Арбитражный фонд Южной Африки (AFSA).

Некоторые из этих институтов уже рассматривают достаточно много споров. Так, к началу прошлого года TIAC зарегистрировал 43 международных дела, причем в четверти из них обе стороны были не из Узбекистана. В SCCA в Саудовской Аравии за 2025 год поступило 182 новых дела на сумму свыше 4 млрд саудовских риалов, а CRCICA за тот же период зарегистрировал 97 новых дел.

И все же основная масса споров по-прежнему приходится на крупнейшие международные институты. При этом популярность и известность еще не делают их универсальными для каждой сделки. В некоторых случаях региональный центр оказывается практичнее: разбирательство обходится дешевле, платежи проходят проще, а найти арбитров с нужным знанием местного права и рынка легче. Поэтому при подготовке оговорки сторонам стоит смотреть не только на имя института, но и на то, подходит ли он под конкретный спор.

Когда стоит выбирать региональный арбитражный центр

Первый аргумент в пользу регионального центра — снижение расходов. В небольших спорах разбирательство в крупном международном институте может оказаться несоразмерно дорогим. Адвокат, советник Монастырский, Зюба, Степанов & Партнеры и солиситор Англии и Уэльса Сергей Королев рассказывает, что в своей практике встречал сделки на $30 000–50 000 с оговорками в пользу LCIA или ICC. В таких случаях расходы на арбитраж могли оказаться выше самой суммы спора, подчеркивает эксперт.

Поэтому для небольших сделок региональный центр часто выгоднее даже с учетом упрощенных процедур, которые предлагают крупные институты. Особенно это заметно в спорах на десятки тысяч долларов: регистрационные и административные сборы вместе с гонорарами арбитров могут составить существенную часть цены иска.

Такими были бы расходы заявителя на рассмотрение спора стоимостью $50 000 одним арбитром:

Практика региональных центров показывает, что именно небольшие коммерческие споры составляют заметную часть их нагрузки. По словам партнера Mansors Романа Зыкова, многие из них возникают из договоров поставки и оказания услуг на суммы около $50 000–100 000, поэтому стоимость разбирательства здесь особенно важна при выборе института.

Это подтверждает и статистика отдельных центров. В CRCICA в 2025 году больше половины заявленных требований были на сумму до $1 млн. Значительную часть нагрузки формировали обычные коммерческие споры: 19,5% дел пришлись на розничную торговлю, 18,5% — на строительство, еще 11% — на девелопмент.

В Миланской арбитражной палате (CAM) небольшие споры тоже занимают заметное место. В прошлом году больше четверти новых дел рассматривали по упрощенной процедуре, которая обычно применяется к требованиям до €250 000. Средняя сумма таких споров составила около €172 000. Чаще всего разбирательства возникали из закупочных и строительных контрактов — 25,9%. На корпоративные споры пришлось 20,4%, на договоры поставки — 13%, а на соглашения о сотрудничестве и консалтинге — еще 11,1%.

Похожая картина складывалась в Бельгийском центре арбитража и медиации (CEPANI). Почти половина прошлогодних споров там была на сумму до €500 000. В 15% случаев требования составляли до €100 000, еще в 19% — от €100 000 до 200 000. По тематике конфликтов лидировали разбирательства из договоров купли-продажи акций — 33% дел. Еще по 26% пришлось на корпоративные и гражданские споры, а 15% — на договоры оказания услуг.

Но цена разбирательства лишь один из факторов, которые нужно учитывать при выборе арбитражного института. Как отмечает Зыков, в расчет нужно брать все параметры сделки: национальность сторон, цену соглашения, место и срок исполнения обязательств и валюту расчетов. Важную роль играет и переговорная позиция сторон. Эксперт объясняет: более сильный участник сделки может настоять на предпочтительном для него арбитражном центре. Например, заказчик крупного строительного проекта с большой вероятностью постарается передать споры с подрядчиками и поставщиками в свой местный арбитраж.

А иногда региональный центр больше подходит из-за тесной связи спора с конкретной страной. При выборе института стоит учитывать, где находятся стороны и их активы и на каком языке составлены документы, говорит партнер BELGRAVIA LAW Бенджамин Уэллс. Старший юрист практики разрешения споров Дякин, Горцунян и Партнеры Антон Комогоров добавляет, что местный институт может предложить арбитров, знакомых с правом и деловой практикой страны. Это позволяет сократить расходы на перевод документов и привлечение экспертов по иностранному праву. Связь спора с регионом дает еще одно преимущество — понимание рынка, отмечает старший юрист практики международного арбитража и трансграничных споров ALUMNI Partners Полина Тулина.

У местного центра может быть пул арбитров не только с необходимым знанием национального права, но и с отраслевым опытом. Это особенно важно в спорах, где для оценки действий сторон нужно учитывать сложившуюся в конкретном регионе коммерческую практику.

Полина Тулина, старший юрист практики международного арбитража и трансграничных споров ALUMNI Partners

При этом выбор арбитражного центра не означает автоматического выбора места арбитража, обращает внимание Уэллс. Центр отвечает за процедуру и организацию разбирательства, а место арбитража определяет порядок взаимодействия с государственными судами. От него, например, зависит, где стороны смогут получить обеспечительные меры, включая арест имущества, и по каким основаниям впоследствии можно будет оспорить решение.

Кроме этого, нужно учитывать место будущего исполнения решения. Старший юрист VERBA LEGAL Павел Мингалеев считает выбор в пользу регионального арбитражного центра целесообразным, если активы и бизнес контрагента сосредоточены в одной юрисдикции. Помимо снижения расходов, это может упростить последующее исполнение арбитражного решения.

При заключении арбитражной оговорки с контрагентом из Индии важно проверить, признает ли Индия решения, вынесенные в выбранной стране. Такой подход основан на принципе взаимности — reciprocity. Если взаимности нет, с признанием и исполнением решения могут возникнуть сложности.

Павел Мингалеев, старший юрист VERBA LEGAL

Но известность и признание арбитражного центра другими институтами сами по себе не гарантируют исполнение решения, обращает внимание Комогоров. Основой для признания иностранных арбитражных решений служит Нью-Йоркская конвенция 1958 года, которая предусматривает ограниченный перечень оснований для отказа. Поэтому знакомство местного суда с конкретным институтом имеет скорее практическое значение и может упростить процедуру признания, но не создает самостоятельной гарантии исполнения.

Влияние санкций

Для российских сторон важным критерием стала еще и доступность самой процедуры. Отечественные компании в последние годы сталкиваются со сложностями при оплате арбитражных сборов, назначении арбитров и найме юристов в крупных международных институтах, поэтому санкционные риски сегодня во многом определяют выбор площадки.

Региональные центры в этом смысле могут быть удобнее, отмечает Мингалеев: обращение в институт из нейтральной или дружественной юрисдикции снижает риск проблем с оплатой сборов и участием в разбирательстве. Например, в TIAC российские компании могут платить арбитражные сборы в рублях, а сотрудники секретариата свободно говорят по-русски. Более того, административный сбор вообще не взимают: расходы состоят из регистрационного сбора в размере $950 и гонораров арбитров.

Санкционные ограничения могут создавать сложности и на других этапах разбирательства. Тулина отмечает, что проблемы возникают не только с платежами, но и с привлечением местных консультантов, если институт находится в стране, которая применяет ограничения против одной из сторон. Поэтому для споров с российским элементом дополнительным аргументом в пользу регионального центра становится возможность без лишних препятствий собрать команду юристов и провести разбирательство.

Российские юрфирмы также активно развивают свое присутствие в таких юрисдикциях. Например, VERBA LEGAL в 2025 году открыла офис в Ташкенте, который среди прочего занимается международным арбитражем и трансграничными спорами. А у BGP Litigation есть офис в Дубае, чтобы сопровождать клиентов в спорах, связанных с ОАЭ, Катаром, Саудовской Аравией и Египтом. Офисы в ОАЭ есть еще у Адвокатское Бюро ЕПАМ и у команды Дякин, Горцунян и Партнеры Последние помогают бизнесу также в Ереване и Белграде. В итоге компаниям уже необязательно искать новую команду на местах: вести разбирательство в региональном центре компания может с юристами, которые уже работают с Россией и при этом знают правовую среду другой страны.

Среди региональных центров есть несколько площадок, которые подходят российским сторонам с учетом санкционных и платежных рисков. В странах бывшего СССР Зыков выделяет Палату арбитров при Союзе юристов в Белоруссии и Международный третейский суд при Торгово-промышленной палате Киргизии. По его словам, в текущих условиях центры стран СНГ могут быть предпочтительнее западных институтов независимо от суммы и характера спора прежде всего из-за сложностей с оплатой арбитражных сборов.

А на Ближнем Востоке, помимо крупных международных институтов, развиваются Бахрейнская палата по разрешению споров (BCDR) и SCCA в Саудовской Аравии. Зыков отмечает, что их регламенты соответствуют международной практике, поэтому для бизнеса из РФ ключевым вопросом остается только возможность уплатить сборы. Насколько ему известно, у центров Ближнего Востока таких проблем сейчас нет. Для проектов с африканским элементом эксперт также советует рассматривать местные институты, в частности AFSA в ЮАР.

Региональный центр также может стать компромиссом, если стороны не договорились о более привычной площадке. Мингалеев объясняет: иностранный контрагент может не согласиться на арбитраж в РФ, а российская сторона — отказаться от ICC, LCIA или SIAC из-за сложностей с доступом к разбирательству. В такой ситуации альтернативой становятся небольшие институты. Часто они избирают более гибкий подход к администрированию платежей, например позволяя перечислять сборы в разных валютах или через платежных агентов. Так, SCC принимает платежи российских сторон через TIAC.

Но делить арбитражные центры только на дружественные и недружественные не стоит, предупреждает Зыков. Спор разрешает не сам институт, а конкретные арбитры, тогда как центр прежде всего администрирует процедуру. Поэтому при выборе площадки эксперт советует смотреть не только на юрисдикцию и возможность провести платеж, но и на людей, которые участвуют в работе института.

Споры разрешают арбитры, поэтому роль центра сводится прежде всего к администрированию — получению платежей, назначению и отводу арбитров и другим организационным вопросам. Здесь нет единого критерия, какой из центров дружественен, а какой нет. Поэтому всегда есть смысл посмотреть на состав руководящих органов центра — комитета по назначениям арбитров, правления, секретариата, — чтобы оценить возможные политические или национальные риски для своего клиента.

Роман Зыков, партнер Mansors

Недостатки региональных центров

Слабые места региональных арбитражей становятся заметны в сложных спорах. Таким институтам свойственно затягивание процедур, запрос срочных обеспечительных мер или закладывание «процессуальных бомб», которые позднее могут использовать для отмены решения и препятствования приведению его в исполнение. Чтобы эффективно реагировать на такое поведение, у центра должен быть достаточный опыт сопровождения нестандартных разбирательств. По словам Комогорова, небольшим или малоизвестным центрам такой практики может не хватать.

Если спор сложный и требует вовлечения секретариата арбитражного центра, например для назначения чрезвычайного арбитра, обеспечить необходимую степень и срочность такого участия в небольших региональных институтах удается не всегда. Это не значит, что подобных проблем нет у крупных центров, но они чаще сталкиваются с такими задачами и обычно лучше готовы к их оперативному решению.

Сергей Королев, адвокат, советник Монастырский, Зюба, Степанов & Партнеры и солиситор Англии и Уэльса

В итоге, если в проекте участвует много сторон и встает вопрос об объединении разбирательств или присоединении дополнительных сторон, лучше выбирать крупный и известный арбитражный центр. По словам Королева, здесь особенно важен опыт института, который регулярно администрирует подобные процедуры.

Для крупных проектов важна и единообразная арбитражная оговорка во всех связанных договорах, дополняет Зыков. Эксперт отмечает, что заказчики нередко стремятся заранее подчинить споры с подрядчиками, субподрядчиками и поставщиками одному арбитражному центру. Это особенно важно, когда потенциальные конфликты возникают из нескольких взаимосвязанных контрактов и могут развиваться параллельно. Как правило, в таких оговорках указывают именно крупные и известные институты.

Еще одна сложность — формирование состава арбитров. Известные и опытные специалисты могут неохотно принимать назначения в малоизвестных институтах, поскольку незнакомы с порядком их работы, говорит Комогоров. А с учетом высокой востребованности в крупных центрах такие назначения для них еще и менее привлекательны. Поэтому в крупных и сложных спорах сторонам может быть труднее сформировать трибунал, в котором у всех арбитров будет достаточный опыт ведения дел такой категории.

Перед выбором регионального центра стоит внимательно изучить его регламент. Зыков подчеркивает, что правила разных институтов могут заметно различаться. Например, где-то нет требования о нейтральной национальности председателя состава, а где-то арбитры сами согласовывают со сторонами размер и порядок выплаты гонораров. Отдельно эксперт советует оценить качество коммуникации с арбитрами и уровень конфиденциальности и кибербезопасности.

Если решение придется исполнять сразу в нескольких странах, это тоже может стать отдельным аргументом в пользу крупного международного центра. Когда основные активы контрагента сосредоточены в одной юрисдикции, региональный институт может быть удобнее, но при распределении активов между несколькими странами преимущества смещаются в пользу ведущих международных центров. Комогоров отмечает, что их решения обычно обладают большей «глобальной устойчивостью».